(из книги «Есть невозможность жить иначе»).

Геологам Минусинской экспедиции

Вот и всё. И багульник цветёт.

Вот и всё — поприветствуем лето.

И стареющий снег, и дряхлеющий лёд

Фиолетовым светятся светом.

И в глазах у вас птичья тоска,

 И в руках ощущение крыльев!

 Это тающие снега

 Прошлогодние тропы открыли.

Скоро вам начинать перелет…

 Первым солнцем апреля согретый

По Саянским отрогам багульник цветет

 -Здравствуй, новое лето!

***

Он, видимо, много видывал,

 Он горя хлебнул и тайги,

Тот парень, который выдумал

 Кирзовые сапоги.

Попадал в переплёты и сложности,

 На дело любое мастак,

 Он взял гениальные ножницы

И сотворил рюкзак.

Был парень, как бог, догадливый,

 И словно, простой стишок,

 

 

 Он сочинил талантливо

Этот вот спальный мешок.

И как-то ненастным утром он,

Зная, как мне не сладко

Стал генеральным конструктором,

И — появилась палатка.

И, вообще, бесновалась осень,

Ветер злился, да дождь лупил…

Видимо, парень тот очень

 Бродить по земле любил.

***

Приходит время расставаться

 И ты — советовать привык –

Сказал: «Попробуй расковаться.

 Пиши раскованно старик!»

Не бестолков, но мне, признаться,

Вовек того не разобрать,

 Что это значит — расковаться?

Какие цепи разорвать?

Я, например, к селу прикован,

 К столу прикован и к перу.

 (Перо мало, а я прикован к нему –

 ничтожному перу!)

И кто же этого не знает!

В моей деревне знают все,

Что конь раскованный хромает.

 При всей своей гнедой красе.

А от земли, я знаю твёрдо,

Свободы я не попрошу.

И так мне радостно и гордо,

Что к ней прикованный пишу.

13 декабря 1969 г., Минусинск

СЛОВО

Народилось это слово –

Постарели все миры!

 И из города большого

 Выхожу, как из игры.

Под ногами бело поле,

 Близь и даль — равно пусты.

Слово просится на волю,

Слово требует: «Пусти!»

Я стою – заворожили

 Различимые едва,

Вот мои, а вот — чужие,

 В лёд замёрзшие слова.

Впереди зима такая!

Так морозно, снежно так!

 Но — как птицу — отпускаю…

И какой же я чудак,

Вот опять разжал кулак!

21 ноября 1969 г.,

СТРОКА

Вторую ночь ищу строку,

Куда она запропастилась?

На этом чёртовом веку

 Она нужна мне,

словно милость.

Да, мне нужна такая малость,

Совсем короткая строка,

Пока душа не изломалась,

 Не опрокинулась пока!

Пока ищу, желаю, мучусь

И не умею холодеть,

 Пока имею злую участь

 Вокруг растерянно глядеть.

Вторую ночь я тешусь этим:

Ко мне идёт издалека.

 Моё спасение на свете

Необходимая строка.

Она идёт ко мне из мрака,

Услышит мой бессонный дом:

 Строка — бродячая собака,

 Скулит за утренним окном.

Как много бедная страдала.

 Я к ней навстречу поспешу,

 Спрошу:

Ты где же пропадала?

 Нет, ни о чём я не спрошу.

Я всё пойму, тоску и драку

Приму и другом нареку,

 Словно бездомную собаку,

 Ко мне пришедшую строку.

1969 г., Минусинск

***

Я отвечу вам, что такое:

Покоя хотим, покоя.

Чтоб сад был цветущих вишен,

Чтобы изгородь — вся в сирени,

Чтобы дождь барабанил по крыше,

Чтобы в окне туманы серели,

Чтобы в комнате свечи горели,

 А в камине дрова догорали,

Чтобы там

на рояле играли

 И чтобы малейший шорох

Ловили тяжёлые шторы.

Мы покоя хотим, покоя!

А покой — это что такое?

Это что-то такое плохое,

Это — когда ни звука,

И скука — жена покоя,

И жизнь его — с жизнью разлука.

Вот он какой

настоящий покой!

И поэтому есть такое:

 Покоя хотим, покоя,

Обретая уют

и покой, Тут же идём

к беспокою.

***

Что сейчас обо мне говорится?

Есть ли правда в словесной соломе?

 Как острят незнакомые лица

 В вашем всё-таки скучном салоне?

 Про меня там почти забыли?

 «Он писать о себе обещался,

и короткие письма были,

а теперь он совсем затерялся.

 Затерялся, поди растерялся

 При неудачах сразу он

 И, конечно, с мечтами расстался,

о которых красиво рассказывал».

Если б знали вы, умные люди,

 Привыкшие к умным словам,

 Что здесь скоро дорога будет,

 И спасибо за это не вам!

Что нельзя здесь в конец растеряться,

 И с мечтами нельзя разойтись,

Жизнь сама не даёт потеряться,

Заставляет тебя:

найдись!

Найдись, посмотри, как нужен!

 Найдись, оглянись вокруг:

Вот идёт за двоих нагруженный

Незнакомый хороший друг.

Тут работают!

А вьюги кроют.

А морозы лютей и лютей!

Тут ломают людей и наново строят

 Настоящих людей!

Я на твёрдость здесь проверялся,

На искренность, на прямоту

И нисколько не потерялся,

А скорее нашёлся тут.

 Я живу здесь намного уверенней

И доверчивый день ото дня,

Это раньше я был потерянный,

Хоть и видели вы меня!

 

ЩЕГОЛ

Суббота. Оттепель. Намокло.

Базар толкучий за углом.

Я всё хожу вокруг да около

Ажурной клетки со щеглом.

Базар торгуется, печётся,

 А я притих, я жду в душе,

Надеюсь — песенка начнётся,

 Про то, что оттепель уже.

И рыжий дед, звеня монетою,

Мне намекает: «Брось копить!

 Ты можешь песню не запетую

 За два с полтинником купить!»

Идёт, старик! Мои монетки –

Твоя безбедная нужда!

Давай щегла, не надо клетки –

Мне только песенка нужна!

И над субботой, над базаром,

Над толчеёй и суетой

 Пропел мне песенку в подарок

 Щегол, как лучик золотой!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *